Предоставление переводчика в суде

Судопроизводство в судах ведется на русском языке, однако лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о переводчике и использовании ими своего родного языка. Право использования родного языка закреплено в статье 9 ГПК РФ, включает в себя возможность выступления в суде на своем языке, подачу заявлений и ходатайств, обжалования судебных постановлений.

Кто имеет право заявить ходатайство о переводчике

Правом заявить ходатайство о переводчике имеют лица не владеющие русским языком. То есть, не понимающие его, не изучавшие его в школе. не имеющие возможности писать и читать на русском языке.

В первую очередь к лицам, имеющим право заявить ходатайство о предоставлении переводчика, стоит отнести граждан имеющих иностранное гражданство или лиц без гражданство. К таким лицам могут быть отнесены и граждане России, не являющиеся русскими и не владеющие в должной мере русским языком.

Суд может просить представить документы, свидетельствующие о получении образования и подтверждающие владение русским языком, для устранения сомнений в необходимости предоставления переводчика.

Как составить ходатайство о предоставлении переводчика

Ходатайство о предоставлении переводчика составляется при подаче искового заявления в суд или при привлечении лица к участию в гражданском деле.

В ходатайство о переводчике обычно указываются данные лица, его заявляющего, сведения о деле, в котором участвует заявитель и перечисляются основания для перечисления переводчика. В качестве таких оснований можно указать на то, что гражданин не владеет русским языком, поскольку является иностранным гражданином, русский язык не изучал и не может понимать сказанное в суде в достаточной для своей защите мере.

Если такое заявление подает гражданин РФ, не владеющий русским языком, он должен приложить документ об образовании и подробно объяснить, почему не знает русского языка.

Разрешение ходатайства о переводчике

Ходатайство о переводчике рассматривается судьей единолично или судом в судебном заседании. Это будет зависеть на какой стадии оно заявлено, необходимо ли устанавливать дополнительные обстоятельства и определять переводчика. Если заявление о переводчике написано полно и понятно, судья может его разрешить без дополнительных вопросов к лицу не владеющему русским языком.

Если незнание русского языка лицом, участвующим в деле, будет выяснено только в судебном заседании, суд на основании требований статьи 169 ГПК РФ отложит судебное заседание на другое время, обеспечив возможность подготовки к рассмотрению дела не владеющему русским языком участнику процесса.

При разрешении ходатайства суд будет устанавливать каким языком владеет лицо участвующее в деле, почему не владеет русским языком, какой переводчик ему будет нужен.

Кандидатура переводчика выбирается судом, однако участники вправе предложить свои собственные кандидатуры. По вопросу выбора переводчика суд выносит мотивированное определение. Согласно статье 161 ГПК РФ переводчик предупреждается об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод, в случае неявки переводчика по вызову в суд он может быть подвергнут судебному штрафу.

Участие переводчика в гражданском процессе является платным, расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами, согласно статьи 94 ГПК РФ относятся к судебным издержкам. Порядок выплаты вознаграждения и состав расходов на переводчика определен статьей 95 ГПК РФ.

Образец ходатайства об участии переводчика

Ходатайство о назначении переводчика можно составить воспользовавшись приведенным образцом.

В _______________________
(наименование суда)
от _______________________
(ФИО полностью, адрес)

Ходатайство о переводчике

В производстве суда находится гражданское дело по иску _________ (ФИО истца) к _________ (ФИО ответчика) о _________ (указать предмет спора).

_________ (ФИО лица, не владеющего русским языком), участвующий в деле в качестве _________ (указать в каком качестве участвует или будет участвовать в деле лицо, не владеющее русским языком) не владеет русским языком.

_________ (ФИО лица, не владеющего русским языком) избирает язык общения в ходе рассмотрения гражданского дела _________ (указать язык, которым владеет и избирает языком общения иностранный гражданин).

Для реализации права на использование родного языка в гражданском процессе необходимо привлечение к участию в деле переводчика. В качестве переводчика можно привлечь _________ (ФИО переводчика), который свободно владеет _________ (указать язык, которым владеет и избирает языком общения иностранный гражданин) языком, как в письменной, так и в устной форме, что подтверждается _________ (указать, чем может быть подтверждена квалификация переводчика, наличие у него соответствующей национальности, место рождения, проживание в стране использования языка, получение образования на этом языке, профессиональное образование переводчика и другие данные).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 9, 161 Гражданского процессуального кодекса РФ,

Обеспечить возможность _________ (ФИО лица, не владеющего русским языком) давать объяснения, выступать, заявлять ходатайства и реализовать иные права, предусмотренные статьей 34 ГПК РФ, на _________ языке.

Привлечь к участию в деле в качестве переводчика _________ (ФИО переводчика, его место жительства, место работы, другие данные, которые позволят суду известить переводчика о привлечении в дело).

Перечень прилагаемых к заявлению документов:

Документы, подтверждающие наличие основания для заявления ходатайства о переводчике и использовании родного языка

Дата подачи заявления «___»_________ ____ г. Подпись _______

Скачать образец заявления:

Ходатайство о переводчике

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации в отличие от УПК РФ (ст. 59) или КоАП РФ (ст. 25.10) не определяет переводчика как самостоятельного участника процессуальных правоотношений, юридический статус которого в процедурах гражданского судопроизводства регламентировался бы отдельной статьей отраслевого законодательства. Вместе с тем ГПК РФ в целом ряде норм – ч. 5 ст. 10, ст. 18, ч. 2 ст. 20, ст. 97, частях 1 и 2 ст. 113, п. 8 ч. 1 ст. 150, ст. 162, ч. 1 ст. 164, ст. 168, пунктах 5 и 6 ч. 2 ст. 229 – подразумевает переводчика как самостоятельного субъекта судебного разбирательства по гражданским делам, наделенного теми или иными элементами правоспособности, дееспособности и деликтоспособности, которые в совокупности, как известно, образуют правосубъектность переводчика в контексте положений данного отраслевого процессуального закона. Поскольку в настоящее время законодательно правосубъектность переводчика в гражданском судопроизводстве не сформулирована и не закреплена, представляется актуальным и необходимым выявить ее, с тем чтобы дать возможность юридической общественности России иметь четкое представление о правовом статусе переводчика во всех процедурах разрешения споров, осуществляющихся в порядке, установленном гражданским процессуальным законом[59].

ГПК РФ изначально не относит переводчика к числу лиц, участвующих в деле, состав которых определяется ст. 34 ГПК РФ[60]. Переводчик не относится ни к лицам, обратившимся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов, ни к лицам, выступающим от своего имени в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц или в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Таким образом, исходя из правотворческой логики отечественного гражданского процессуального законодательства переводчик не является лицом, «участвующим в деле», т.е. представителем одной из тяжущихся сторон, а позиционируется как субъект судопроизводства, участие которого в разбирательстве по конкретному иску служит интересам осуществления исключительно правосудия, обеспечивая в производстве по конкретному делу безусловное исполнение целого ряда принципов отраслевого процессуального закона – принципа языка гражданского судопроизводства (ст. 9 ГПК РФ), принципа гласности судебного разбирательства (ст. 10 ГПК РФ), принципа осуществления правосудия на основе состязательности и равенства сторон (ст. 12 ГПК РФ). Видимо, именно поэтому в главе 4 ГПК РФ, посвященной определению правосубъектности лиц, участвующих в деле, отсутствует статья, посвященная регламентации юридического статуса переводчика (равно как эксперта и специалиста, возможность участия которых в судебном разбирательстве также предусматривается отраслевым процессуальным законом).[61] Фактически мы можем говорить о том, что в гражданском процессе переводчик не является субъектом процессуальных правоотношений в том понимании содержания его процессуального статуса, который мы видим в уголовном или административном судопроизводстве, так как его участие в разбирательстве по конкретному делу обусловлено исключительно субъективным желанием или потребностью одной из сторон реализовать свое конституционное право на свободу выбора языка общения (ч. 2 ст. 26 Конституции РФ) и, как следствие, процессуальное право на пользование лингвистическими услугами или помощью переводчика, а не императивной обязанностью суда обеспечить это право в любом случае. Именно поэтому, мы делаем вывод o том, что переводчик выступает как участник судопроизводства, призванный содействовать именно суду, а не сторонам процесса в получении и исследовании доказательств, а если быть точным, — как своеобразный юридический практический «инструмент», позволяющий стороне (или сторонам) представлять суду свою правовую позицию или имеющиеся в ее распоряжении сведения и материалы, являющиеся доказательствами по делу, когда те сформулированы или имеют материальную фиксацию в форме документа не на языке судопроизводства. Иными словами, исходя из контекста гражданского процессуального закона, мы можем сделать вывод о том, что переводчик – лицо, содействующее отправлению правосудия в рамках судебного разбирательства по конкретному исковому заявлению[62].

ГПК РФ не определяет, какие именно и каким образом должны быть осуществлены процессуально значимые действия, результатом которых становится приобретение переводчиком своего юридического статуса в гражданском судопроизводстве. По нашему мнению, его статусная институализация должна стать результатом последовательного исполнения комплекса действий:

1) подачи заинтересованной стороной или лицом в суд ходатайства (заявления) об обеспечении конституционного права свободы выбора языка общения, предусмотренного ч. 2 ст. 26 Конституции РФ, как основания реализации в процессе разбирательства по исковому заявлению положения принципа языка гражданского судопроизводства, гарантирующего участие переводчика;

2) подачи в суд ходатайства (заявления) заинтересованной стороны или участника судопроизводства о назначении конкретного лица в качестве переводчика;

3) вынесения судом определения об удовлетворении ходатайства (заявления) о привлечении к участию в процессе по конкретному делу переводчика и о назначении в данном процессуальном действии того или иного лица;

4) предупреждения судом переводчика под расписку в материалах дела о возможности привлечения его к уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод;

5) предупреждения судом переводчика о возможности применения к нему мер процессуального принуждения в случае уклонения от принимаемых на себя обязанностей, неявки в судебное заседание по получении им судебного извещения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей при рассмотрении дела судом. Очевидно, что исполнение всех перечисленных выше процессуальных действий (за исключением, пожалуй, первого) требует присутствия переводчика в предварительном судебном заседании по делу и предполагает фиксирование их содержания и результатов в материалах судопроизводства в виде отдельного документа. Как показывает известная нам практика участия переводчиков в рассмотрении судами дел гражданско-правового оборота, абсолютно во всех случаях судебное решение о привлечении конкретного лица в качестве переводчика оформляется в виде определения суда, выносимого председательствующим судьей и оформляемого в протоколе судебного заседания[63]. В этом отношении процессуальное делопроизводство в гражданском и уголовном процессах существенно различается (в соответствии с ч. 2 ст. 59 УПК РФ[64] о назначении лица переводчиком следователь или иное равное ему по полномочиям лицо правоохранительных органов выносит постановление, а суд – определение, составляемое по типовой форме и закрепляемое в материалах дела в виде отдельного документа). Такой подход к материальной фиксации его статуса в материалах дела свидетельствует о том, что в уголовном процессе в случае незнания одним из субъектов разбирательства по делу языка судопроизводства участие переводчика является императивным, а в гражданском судопроизводстве, если представитель одной из сторон оказался в подобном положении, — диспозитивным. Именно поэтому данному вопросу в ГПК РФ уделяется так мало внимания.

Однако, по нашему мнению, отсутствие в структуре ГПК РФ отдельной статьи, регламентирующей правосубъектность переводчика в гражданском процессе, все-таки существенно снижает его гуманитарную значимость, особенно тогда, когда речь идет о судебной защите нематериальных прав, свобод и законных интересов личности (в первую очередь по делам, вытекающим из публичных правоотношений; делам, рассматриваемым судами в порядке особого производства, а также по делам, в рассмотрении которых участие прокурора является обязательным)[65].

Из всего вышесказанного можно сделать вывод o том, что всё высказанное замечание приобретает в контексте нормативного содержания главы 43 ГПК РФ, устанавливающей общие положения осуществления судами Российской Федерации гражданского производства по делам с участием иностранных лиц, т.е. иностранных граждан, лиц без гражданства, иностранных и международных организаций. Пока большинство такого рода дел, когда одной из сторон является российский гражданин, российская организация, сама Россия или ее государственный орган, как правило, рассматриваются судами иностранных государств, и причина этого отчасти кроется в том, что в отечественном гражданском процессуальном законодательстве объективно отсутствуют нормы, обеспечивающие нормальное функционирование правосудия, если в спор оказываются вовлечены представители стран или народов не из числа граждан нашей страны. И решение вопроса о нормативном регулировании порядка установления в суде транслингвистической коммуникации, т.е. межъязыкового общения сторон, составной частью которого является законодательное закрепление правосубъектности переводчика в российском гражданском судопроизводстве, будет только способствовать повышению престижа России на международной арене как демократического государства с развитой правовой и судебной системами. Поэтому логическим итогом данной публикации должно стать создание развернутой дефиниции правосубъектности переводчика, проистекающей из ныне существующих норм отраслевого процессуального законодательства. В качестве выводов сделанных касательно проблематики данного вопроса в российское процессуального законодательство представляется возможным вынести следующие пункты:

1. Лица, участвующие в деле, вправе предложить суду кандидатуру переводчика. Переводчиком может быть любое лично не заинтересованное в исходе рассмотрения дела совершеннолетнее лицо, владеющее языками, знание которых необходимо для перевода, исходя из потребностей отправления правосудия по гражданским делам.

2. Председательствующий разъясняет переводчику его обязанность переводить объяснения, показания, заявления лиц, не владеющих языком, на котором ведется судопроизводство, а лицам, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, содержание имеющихся в деле объяснений, показаний, заявлений лиц, участвующих в деле, свидетелей и оглашаемых документов, аудиозаписей, заключений экспертов, консультаций и пояснений специалистов, распоряжений председательствующего, определения или решения суда.

3. Переводчик вправе задавать присутствующим при переводе участникам процесса вопросы для уточнения перевода; знакомиться с протоколом судебного заседания или отдельного процессуального действия и делать замечания по поводу правильности перевода, подлежащие занесению в протокол судебного заседания; делать заявления по поводу обнаруженных им при исполнении письменных переводов процессуальных документов дефектов текста, а также давать объяснения содержащихся в переводимом тексте слов и словосочетаний, аналогов которым нет в языке судопроизводства.

4. Председательствующий предупреждает переводчика об ответственности, предусмотренной УК РФ, за заведомо неправильный перевод и приобщает его подписку об этом к протоколу судебного заседания.

В случае уклонения переводчика от явки в суд или от надлежащего исполнения своих обязанностей он может быть подвергнут штрафу в размере до десяти установленных федеральным законом минимальных размеров оплаты труда.

5. Вышестоящие пункты так же распространяются на людей владеющих навыками «сурдоперевода».

Рубрика: Гражданское право и процесс

Дата публикации: 15.10.2018

Статья просмотрена: 176 раз

Библиографическое описание:

Дашкыл-оол С. Б. Проблемы участия переводчика в гражданском процессе // Новый юридический вестник. — 2018. — №5. — С. 17-18. — URL https://moluch.ru/th/9/archive/106/3633/ (дата обращения: 22.04.2019).

Согласно статистике с каждым годом число лиц, получивших гражданство Российской Федерации, стремительно растет. Так, в 2012 году это 95 737, а уже в 2017 году 257 822 человек [1] — разница существенная. В основном это приезжие с Украины, Казахстана, Армении, Узбекистана. Могут ли данные граждане стать участниками гражданского процесса в качестве истца, ответчика, свидетеля? Да, конечно. Лица, не в достаточной мере владеющие русским языком сталкиваются с некоторыми проблемами. Так как Россия является многонациональной страной проблема языкового барьера достаточно распространенная.

Согласно ст. 9 ГПК Гражданское судопроизводство ведется на русском языке — государственном языке Российской Федерации или на государственном языке республики, которая входит в состав Российской Федерации и на территории которой находится соответствующий суд. В военных судах гражданское судопроизводство ведется на русском языке. Лицам, участвующим в деле и не владеющим языком, на котором ведется гражданское судопроизводство, разъясняется и обеспечивается право давать объяснения, заключения, выступать, заявлять ходатайства, подавать жалобы на родном языке или на любом свободно избранном языке общения, а также пользоваться услугами переводчика. В статье 26 Конституции закреплено право на пользование родным языком. Законодатель рассматривает переводчика как конституционную гарантию прав и как «инструмент», содействующий осуществлению правосудия. При этом в ГПК нет точного определения правового статуса переводчика, несмотря на это, есть целый ряд норм, которые подразумевают переводчика как самостоятельный субъект судебного разбирательства по гражданским делам, наделенный элементами правоспособности, дееспособности и деликтоспособности. И как следствие — отсутствие правосубъектности. В сравнении с уголовным и арбитражным процессами, роль переводчика в гражданском процессе несколько ущемлена. Мне представляется это недочетом.

Законодатель дает следующую дефиницию переводчика: это физическое лицо, свободно владеющее языком, знание которого необходимо для осуществления в рамках гражданского процесса перевода, в отношении которого судом вынесено определение о назначении его переводчиком. Разумеется, имеется в виду знание не одного, а как минимум, двух языков. При этом знание языка подразумевает за собой точный перевод и юридической терминологии. Убедиться в профессиональности переводчика с «официального языка» (Казахстанский, Армянский, Украинский, Китайский и Французский) можно проверив наличие у него документа, подтверждающего его знания. А вот убедиться в знании редкого языка достаточно трудно, так как нет такой специальности. Возвращаясь к вопросу о многонациональности нашей страны, представляю список самых редких языков: различные диалекты цыганского языка, языки малочисленных народов Дагестана, районов Крайнего Севера, Камчатского края.

Документы так же должны быть переведены на государственный язык. Для этих целей лучше всего подойдут крупные бюро переводов, которые специализируются в том числе на юридических переводах и легализации, например www.primavista.ru — имеет филиалы во всех крупных городах страны, работают быстро, переводят на все языки и предоставляют перевод документов «под ключ», их можно сразу передавать в суд + здесь же можно вызвать синхрониста — переводчика в суде.

Предполагается, что переводчиком может быть носитель другого языка или человек, выучивший его. Но может ли принадлежность человека к той или иной нации напрямую указывать на знание родного языка? Нет. Так же суд должен предупредить переводчика об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод и приобщает его подписку об этом к протоколу судебного заседания [2].

Так же я обратила внимание на то, что в законе не указано лицо, которое должно найти переводчика. Единственная оговорка «лица, участвующие в деле, вправе предложить суду кандидатуру переводчика» [3]. Подготовка судебного заседания зависит от помощника судьи или секретаря, от того, насколько шустро будет найден переводчик. Он в суде нужен даже в том случае, когда участник процесса вполне сносно говорит и понимает по-русски. Для чего? Чтобы позже он не мог сослаться на отсутствие переводчика в судебном заседании как на нарушение процессуальных норм.

Как же быть, если вопрос участия переводчика в гражданском процессе вызывает проблемы? Например, участник процесса является носителем редкого языка и соответственно, требуется помощь переводчика. Во-первых, суду нужно убедиться в том, что это не злоупотребление, так как такие случаи в судебной практике были. При получении гражданства лицо обязано сдать экзамен по русскому языку. Этих знаний конечно же мало. Что касается нерусских национальностей, проживающих на территории Российской Федерации в отношении данных лиц, предполагается, что они знают государственный язык, так как живут на территории России и это входит в школьную программу. Поэтому на ходатайство о предоставлении переводчика суд выносит постановление об отказе в предоставлении переводчика, аргументируя тем, что лицо долгое время живет на территории РФ, изучало язык в школе, сдал экзамен и т. д. Во-вторых, у переводчика не должно быть юридической заинтересованности. Во-третьих, норма статьи 155.1 ГПК разрешает привлечение переводчика через видеоконференцию. Наверняка можно найти лицо, владеющее нужными знаниями.

Источники: http://vseiski.ru/xodatajstvo-o-perevodchike.html, http://poisk-ru.ru/s22838t1.html, http://moluch.ru/th/9/archive/106/3633/

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *